Философская школа Авенира Ивановича Уёмова

Systems everywhere!

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

Уемов А.И. СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД К ОПРЕДЕЛЕНИЮ КУЛЬТУРЫ И ЦИВИЛИЗАЦИИ


(Вісник Донецького державного університету економіки і торгівлі ім. М. Туган-Барановського. – 2003. – № 2 (18). – С. 36-43.)


В статье речь идет о системном определении понятия культуры. Это дает возможность применить к понятию культуры формальный аппарат общей теории систем. Рассматривается вопрос об использовании некоторых системных параметров для построения классификации культур. Критикуется противопоставление культуры и цивилизации.

Концептуальный анализ любой проблемы всегда упирается в необходимость четкого определения понятий, посредством которых будет раскрываться сущность рассматриваемого явления. Соотношение культуры и цивилизации, несмотря на то, что эта проблема уже вошла в вузовские учебники. - сейчас одна из наиболее затрагиваемых тем в философской науке. Это не случайно, причина здесь не только в выявившихся противоречиях и парадоксах цивилизационного процесса, сколько в том, что  через  соотношение культуры и цивилизации человечество  осознает противоречивость и многосторонность своей собственной деятельности. Поэтому логическое определение понятий, обоснование подходов к этим определениям являются частью более общей проблемы - осмысления познавательных операций, осуществляемых в культурологическом дискурсе.

В статье мы ставим задачу системного определения понятия культуры и приложения к этому определению формального аппарата общей теории систем. Это имеет отношение, как было указано выше, к долее общей проблеме - разработке понятийного аппарата новой науки культурологии. Автор ссылается на свои предшествующие публикации, посвященные применению общей теории систем к понятию культуры [5; 6; 7]. В статье дается критика ряда определений понятия культуры. Цель статьи - дать системное определение понятия культуры и применить к этому понятию формальный аппарат общей теории систем. С помощью указанного аппарата мы решим более частную проблему выделения некоторых типов культур. В перспективе это открывает возможность построения системной классификации культур.

Провозглашение новой науки - культурологии - увеличило актуальность определения ее основного понятия - понятия культуры. В настоящее время существует большой разнобой в определениях понятия культуры, даваемых различными авторами. Какое же из данных определений будет "правильным"? Первым шагом является отбрасывание таких определений, в которых нарушены правила логики. А таких определений - множество. Приводим одно из них.

В "Философской энциклопедии" культура определяется как "совокупность достижений общества в его материальном и духовном развитии, используемые обществом и составляющие культурные традиции, и служащие дальнейшему прогресс;

человечества" [9,с. 118].

36

Здесь явный порочный круг в определении. Используемое в определении понятие "культурной традиции" нельзя определить без использования определяемого – понятия культуры. Кроме того, есть и другой дефект. Определение является слишком узким. Здесь определяется не культура вообще, а только "прогрессивная культура". Когда мы говорим, скажем, о культуре древнего Рима, то не имеем в виду только прогрессивною элементы, не отбрасываем, например, культуру рабовладельческих отношений, несмотря на то, что далеко не все было в этой культуре прогрессивно.

Очень интересно, если не сказать забавно, определение культуры, данное А-И. Арноль довым, М.А. Батунским и В М. Межуевым. С их точки зрения, культура это "специфический способ организации и развития человеческой жизнедеятельности, представленный в продуктах материального и духовного труда, в системе социальных норм и учреждений, в духовных ценностях, в совокупности отношений людей к природе, между собой и к самим себе. В понятии культуры фиксируется как общее отличие человеческой жизнедеятельности от биологических форм жизни, так и качественное своеобразие исторически-конкретных форм этой жизнедеятельности на различных этапах общественного развития, в рамках определенных эпох, общественно-экономических формаций, этнических и национальных общностей (напр., античная культура, социалистическая культура, русская культура, культура майя)" [8, с. 292].

Приведенное определение вроде бы не нарушает тех правил, которые обычно приводятся в учебниках логики. Однако оно явно нарушает правила теоретико-системного характера, которые необходимо добавить к обычным правилам.

Определение должно быть достаточно целостным. Определение не должно быть чрезмерно сложным [6, с. 106]. Это, в общем, не строгие требования, потому что границы сложности и целостности здесь не фиксируются, но, тем не менее, на таком интуитивном уровне эти требования работают.

Определение в Краткой философской энциклопедии является нецелостным. И одно, и другое, и третье, и пятое, и шестое и т.д., где предел того, что они перечислили. непонятно. Такого рода определения делались римлянами в их законах. Они всегда стремились перечислить как можно больше всех случаев, которые относятся к той или иной статье- к тому или иному преступлению. И это им вменяется как определенный недостаток.

Оба правила связаны друг с другом. Нецелостность определения приводит, как в нашем случае, к его чрезмерной сложности.

Еще одно правило нарушено в работе одесского автора М.И. Найдорфа. Он определяет понятие культуры так: "Культура – это совокупность сложившихся в данном обществе представлений о мире и месте человека в этом мире" [3, с. 15].

Возьмем определение мировоззрения из уже цитированного энциклопедического словаря. Это – "система взглядов на объективный мир и место в нем человека, на отношение человека к окружающей его действительности и самому себе, а также обусловленные этими взглядами основные жизненные позиции людей, их убеждения, идеалы, принципы познания и деятельности, ценностные ориентации" [8, с. 375].

Чем же понятие культуры по М.И. Найдорфу отличается от понятия '"мировоззрение"? М.И. Найдорф определил культуру как мировоззрение. Здесь нарушено обычно предполагающееся правило определения: нельзя определять то или иное понятие через дефиниенс, который является дефиниенсом другого дефиниендума, уже занятого. Если мы понятие культуры не можем определить иначе, как через мировоззрение. тогда это просто лишнее понятие, лишний термин. Зачем его использовать? Тогда мы просто будем использовать понятие мировоззрения и таким образом будем выполнять требования бритвы Оккама: не будет у нас излишней сущности. Понятие культуры, таким образом, станет излишним.

37

Соблюдение всех логических правил определения является условием необходимым, но еще недостаточным для того, чтобы определение могло быть принятым. Существенное значение имеет также то, каковы оперативные возможности тех понятий, через которые определяется данное. Если из них выводимо много важных следствий, то они будут выводимы и из определяемого понятия.

Поскольку следствия выводимы в рамках определенной теории, то вопрос можно поставить так: какую можно найти теорию, которая могла бы послужить формальным основанием для определения понятия культуры?

Я думаю, что такую роль может выполнить общая теория систем. Очевидно, что культура понимается как некоторая система. Можно задать вопрос любому, понимает ли он культуру как систему, и наверняка он ответит на этот вопрос утвердительно.

Далее, общество. Понимаем ли мы его как систему? И на этот вопрос, во всяком случае, в настоящее время, ответят утвердительно.

Попытка применения определенной общесистемной теории к определению понятия культуры есть в статье В.Ю. Жарикова еще в 70-е годы [1]. Там дается схема системного подхода к объекту, выясняется связь системного характера культуры с системным характером деятельности, но системное определение понятия культуры отсутствует.

Другой работой, в которой речь идет о системном подходе к культуре является статья М.С. Кагана [2], однако, главное внимание в ней уделяется социалистической культуре. Явного системного определения общего понятия культуры также не дается.

Для того, чтобы построить такое определение, начнем с самой общей постановки вопроса.

Какого рода систему представляет собой культура? То есть, каковы задачи культуры с теоретико-системной точки зрения? Пойдем по этапам. Сначала дадим слишком широкое определение, а потом начнем его сужать. Можно сказать так: есть системы различного типа, мы рассматриваем социальные системы, это не обязательно общество в целом, не обязательно государство, хотя и общество и государство являются социальными системами. Это может быть семья, это может быть рабочий класс. Это может быть буржуазия, которая тоже является системой. Это может быть системный семинар. Он тоже представляет собой систему. Это может быть фирма. И задача культуры заключается в том, чтобы обеспечить сохранение системы. То есть можно определить культуру как набор тех средств, с помощью которых система сохраняет саму себя. Мне представляется, что такое определение будет слишком широким, поскольку существуют другие, некультурные способы сохранения системой самой себя, вне культуры. Ну, скажем, питание. Люди поглощают пищу, без чего они погибли бы, и тогда не было бы этой социальной системы. Но само по себе поглощение пищи (я не говорю о форме поглощения, это вопрос другой) не является культурой. Значит, нам нужно сужать это определение. Как это можно сделать?

Это можно сделать, учитывая не только существование системы, а значение некоторых системных параметров, которые систему характеризуют. Из них, на мой взгляд, с понятием культуры наиболее тесно связан параметр целостности, определенное значение целостности. Культура направлена на то, чтобы эту целостность сохранить. Это основная задача культуры.

Мы, таким образом, определяем концепт системы "культура" как некоторой вспомогательной системы, которая нужна для сохранения других систем. Каким образом культура может решать эти задачи? С помощью чего? Здесь можно говорить о компонентах культуры. И этими компонентами будет являться все (это не нужно перечислять в определении), что действует в направлении сохранения целостности системы. А потом, если мы обнаружим, что какой-то фактор действует в направлении

38

сохранения целостности системы, то это будет относиться к культуре. Я еще не думаю, что это определение будет адекватным. Я просто иду по линии постепенного сужения.

Здесь могут учитываться такие факторы, как обычаи, принятые в социальной системе, нравы, искусство, образование, вообще воспитание и т.д. Все это направлено на сохранение целостности. И это все будет культура. Однако могут сказать, что вот великое Российское государство в настоящее время борется за сохранение своей целостности в Чечне. Чеченцы угрожают целостности великого Российского государства. Способы, которыми Россия сохраняет свою целостность, относятся к культуре? Танки, пушки, самолеты и т.д.? Я думаю, что нет, во всяком случае, можно в этом сомневаться. То есть вооруженные силы сами по себе – не элемент культуры. Элементом культуры могут быть какие-то аспекты вооруженных сил, например, форма. Почему сохраняется армия, скажем, в Швейцарии? Швейцарии она не нужна. Швейцария не собирается ни с кем воевать, также никто на нее нападать не будет. А, тем не менее, армия существует, потому что женщины, которые получили право голоса. требуют сохранения армии, поскольку им нравится военная форма. Они любят смотреть на мужчин, одетых в военную форму. Поэтому армия сохраняется. В Швейцарии, таким образом, армия есть элемент культуры. В России это не элемент культуры. Значит, нужно провести дальнейшее ограничение.

Здесь можно использовать критерии ненасилия. Культура – это совокупность ненасильственных средств сохранения определенного значения целостности социальной системы. Совокупность ненасильственных средств. Конечно, понятие насилия тоже достаточно расплывчато, и определенные элементы насилия есть в любой культуре. Возьмем. например, хотя бы всеобщее начальное обучение. Мы привыкли к этому и не рассматриваем, как насилие, когда от нас требуют, чтобы ребенка привели в школу. Индейцы в Соединенных Штатах Америки рассматривают это как насилие и протестуют против этого. Под лозунгом, что вот наших детей заключают в тюрьмы. У нас в свое время так буквально об этом и писали. Непонятно было, каким образом в США заключают детей несчастных индейцев в тюрьмы. Оказывается, под тюрьмами они имели в виду школы. Элемент насилия здесь все-таки есть. Конечно, насилие, когда ребенка тянут в школу, и насилие другого типа, когда уничтожают города и села с помощью авиационных бомб и снарядов, – это несколько разные вещи. Поэтому понятие насилия нуждается в некотором уточнении, но, в принципе, я думаю, что такое определение будет достаточно адекватным.

Сохранение целостности системы очень важно, но не только. Конечно, система, став нецелостной, разрушается. Но система, став чрезмерно целостной, тоже гибнет. Сохранению системы служат изменения значений других параметров, в частности, сложности. связанной с разнообразием. В этом плане является очень интересной критика Аристотелем идеального государства Платона. Аристотель рассуждает очень академично, но, тем не менее, аргументация его чрезвычайно серьезна. Основная идея Аристотеля заключается в том, что Платон избрал меру целостности для общества стишком высокую. Ту, которая могла бы подойти к семье. Для семьи хорошо быть настолько целостной системой, насколько Платон хочет видеть государство. А для государства – плохо, говорит Аристотель. Государство должно быть менее целостным и,соответственно, более сложным, более разнообразным.

Опять-таки подчеркну, что каждая система может иметь свою культуру. Есть культура современного украинского общества. Есть культура Одессы, города. Есть культура семинара. Культура фирмы и т.д. В чем заключалась культура нашего системного семинара? Здесь были тоже определенные средства сохранения единства. например, это валюта, условная валюта этого семинара – "су". Член семинара может получить су, оказав системную услугу, услугу семинару. Поступать так, то есть

39

требовать с участников су – значит поступать культурно. Действовать помимо су, через бартер – всегда некультурно.

Целостность обеспечивают и другие элементы культуры семинара: гимн "Системология идет уверенно". "Заповеди системолога", публикации в одном экземпляре – "Системология в Одессе" и т.д.

Исходя из всего сказанного выше, можно дать определение культуры как системы средств, обеспечивающих ненасильственным образом целостность социальной системы.

Мы видим, что в это определение системность входит дважды. Во-первых, сама культура представляет собой систему. Во-вторых, культура обслуживает социальные системы. Через то и другое к понятию культура может быть применен весь аппарат общей теории систем [7]. Например, классификация систем по атрибутивным системным параметрам. Так, система может быть центрированной, когда все отношения между ее элементами опосредуются отношением к некоторому выделенному элементу – центру. Соответственно, система может быть нецентрированной, когда такой центр отсутствует. Если центр находится среди элементов субстрата системы, система будет внутренне центрированной. В противном случае, когда центр будет вне системы, она будет внешне центрированной.

Эти же различия могут быть применены и к такой системе, какой является культура. Все отношения в культуре могут опосредоваться отношением к некоторому центральному элементу. Например, таким центральным элементом в пролетарской культуре, с точки зрения марксизма, является классовая борьба с буржуазией. Поскольку классовая борьба – элемент культуры рабочего класса, эта культура будет иметь внутри центрированный характер. Понятие Бога является центром в религиозной, например, в христианской культуре. Поскольку Бог трансцендентен, то есть находится вне культуры, мы будем иметь здесь внешне центрированную систему.

Система может быть жесткой, когда ее структура однозначно определяется концептом, и не жесткой, когда возможны различные структуры, реализующие один и тот же концепт. Образцом жесткой системы может считаться культура идеального государства Платона, все отношения в которой определялись заранее заданным концептом – справедливостью. Не жесткой является культура современного демократического государства.

Далее, используя линейные системные параметры, имеющие множество значений – простоту-сложность и целостность, можно различить более простые и более сложные культуры, а также культуры более и менее целостные.

Значения системных параметров связаны между собой общесистемными законами, имеющими как статистический, так и аналитический характер. Последние устанавливаются путем применения специального логико-математического аппарата – языка тернарного описания [6]. Таким образом, достигаются вполне достоверные результаты.

Применение общесистемных законов к проблемам культуры позволило бы дедуктивным путем выявлять культурологические законы.

Интересен и другой аспект системного рассмотрения культуры – отнесение ее к различным социальным системам. Основные типы социальных систем, рассматриваемых в марксизме, воплощаются в понятии общественно-экономических формаций. Соответственно, происходит деление культур на культуру первобытнообщинного общества, культуру рабовладельческого общества, культуру феодального, капиталистического и коммунистического общества.

В этом плане становится понятной позиция А. Богданова, который считал, что должна быть пролетарская культура. Существовали центры пролеткульта, которые обеспечивали превращение культуры аристократической, буржуазной, в культуру пролетарскую. И в этом не было ничего плохого с точки зрения классового подхода.

40

Позиция сторонников пролеткульта довольно логична. Мы различаем, говорили они, культуру буржуазную, аристократическую и пролетарскую. Скажем, принято считать, что Гольдони в Венеции является выразителем культуры буржуазной. А Карло Гоцци, который писал там же, – выразитель культуры аристократической, феодальной. У него действуют принцы, волшебники, а у Гольдони – нормальные люди, которых можно найти прямо на площади. И с этим все согласны. Но тогда, говорят пролеткультовцы, почему не может быть культуры специфически пролетарской?

Конечно, здесь возможны перекосы, но ответственен за них не А. Богданов. Ответственна вдова В.И. Ленина – Н. Крупская. Она дает инструкцию системе Наркомпроса: исключить из детского чтения всякие сказки. Потому что там сплошные короли и принцессы, чему это может научить наших детей? Они уже с детства отравляются ядом чужой идеологии. А потом их приходится переучивать. Сейчас мы смеемся над Надеждой Константиновной, но мы не понимаем, что это действительно выражало классовый подход. Если мы признаем классы как определенную самодовлеющую систему, то должны признать и культуру, обеспечивающую классовое сознание. У пролетариата должно быть свое классовое сознание. Значит, Ленин был непоследовательным, когда он стал воевать с пролеткультом,

Закономерен ли вопрос, какая культура выше? Любое общество может иметь свою культуру. И она приспособлена для данного общества. Она объединяет людей данного общества. Как можно сравнивать, что выше, а что ниже? Я возьму конкретный пример. Что в свое время поразило греков, участвующих в походе Македонского, и вообще, контактирующих с персами? Это похоронные обряды. Греки хоронили своих умерших так же, как мы делаем сейчас. – зарывали в землю. А в некоторых народностях персидской империи нужно было съесть своих родителей. Это греков коробило, они полагали, что некультурно поступают те, которые имеют такие обычаи. Но люди. разделяющие эти обычаи, удивлялись грекам: как это можно родного отца и родную мать закопать в землю, их съесть надо. Кто прав? Вопрос бессмысленный. Нельзя говорить, что нечто некультурно, имея в виду определенную систему, в которой культура создана. Однако если иметь в виду развитие общества в целом и принимать, что общество совершенствуется в процессе своего развития, хотя бы локально, то поставленный вопрос приобретает смысл. Я считаю, что принцип развития общества нельзя принимать как глобальный. И в этом отношении следует согласиться с критикой так называемого историцизма, которую дал Карл Поппер. Однако локальный максимум может быть. То есть общество на каком-то этапе развивается, скажем, по линии увеличения сложности. Так было в средние века, начиная с раннего средневековья и до XIV-XV веков, когда общество достигло максимума и стало опускаться. Потом, когда оно спустилось вниз, опять начался медленный подъем. В настоящий момент мы имеем восходящую стадию развития общества. И тогда мы можем говорить о том, какая культура выше. То есть если культура служит более развитому обществу, то это более высокая культура, чем культура, обслуживающая более низкую стадию развития общества. В рамках каждой конкретной культуры очень четко можно различить человека более культурного и человека менее культурного. Так, в сфере политической культуры ее низкий уровень означает существование людей, которые не разбираются в политике, не знают, какие существуют партии, за что они борются. Тем не менее, они абсолютно уверены в себе, идут голосовать, и не любят тех, которые голосуют как-то иначе.

Понятие социально-экономической формации в настоящее время подвергается довольно резкой и справедливой критике. Вместо деления общества по формациям предлагаются другие деления. В частности, К. Поппер предлагает деление социальных систем на открытые и закрытые по значению атрибутивного системного параметра [4].

В соответствии с этим делением мы можем разделить и культуру. Существует два типа культур – культура открытого общества и культура закрытого общества.

41

Независимо от того, идет ли речь о Древней Греции, о Средневековье или о нашей современности, мы усматриваем очень много общего в культуре тех закрытых систем, которые являются чаще всего тоталитарными системами. Например, пирамиды: это величие, размеры и т.д. Пирамида – типичный продукт тоталитарного искусства. Поэтому там, где возникает какое-то тоталитарное государство, оно начинает строить пирамиды, как бы они не назывались. Китай – это Великая китайская стена. И не нужно говорить о ее военном значении. Мы уже этот вопрос разбирали. Военное значение какое-то она имела, но совсем не такое большое, как ей приписывается. Далее, колоссальные гробницы китайских императоров, где похоронены были, слава Богу, не живые, а фарфоровые люди, целая армия, десятки тысяч солдат. Еще один пример. Третий райх – типичное тоталитарное государство. У Гитлера были невероятно гигантские проекты. Он хотел превратить Берлин в столицу мира и построить в Берлине такие сооружения, которые бы превосходили все созданное до них.

Рассмотрим советский тоталитаризм. Здесь мы наблюдаем ту же самую гигантоманию. Гигантское здание – дворец Советов с Лениным на вершине, уходящим в поднебесье, под облака. Были еще более грандиозные проекты. Возвести посреди Атлантического океана гигантскую статую Ленина. Вот типичная культура тоталитарного государства. Можно приводить массу и других примеров.

В заключение настоящей статьи рассмотрим вопрос о соотношении культуры и цивилизации. Этот вопрос, насколько я знаю, впервые был поставлен Освальдом Шпенглером в "Закате Европы". Он резко противопоставил культуру и цивилизацию [10]. Культура – это "живое тело душевности, цивилизация – мумия" [10, с. 538]. "Люди культуры живут бессознательно, цивилизованные люди – сознательно" [10, с. 540], цивилизация – внешний механизм вместо внутреннего организма [10, с. 540], это особый способ душевного угасания [10, с. 542]. "Сущность всякой культуры – религия, следовательно, сущность всякой цивилизации – иррелигиозность" [10. с. 546].

Носитель культуры – крестьянство, носитель цивилизации – городская чернь. "Это бесформенно наводняющая большие города чернь вместо народа. ...Это завсегдатай александрийской и римской агоры и его "современник", новейший читатель газет; это "образованец", все тот же приверженец культа духовной посредственности, ...это античный и западный любитель театра и злачных мест, сора и злободневной литературы" [10, с. 547]. В качестве носителей культуры Шпенглер называет и "рыцарей Тевтонского ордена на славянском Востоке. То было снова юностью, расцветом, тоскливым вожделением среди крестьянского ландшафта" [10. с. 548].

Все эти противопоставления резки и эмоциональны. Однако при всей резкости противопоставлений Шпенглер не выделил функционального различия культуры и цивилизации, не показал различия тех ролей, которые играют культура и цивилизация в жизни общества. Как культура, так и цивилизация обеспечивают целостность социума. В этом смысле и цивилизация является культурой. Различие здесь лишь в характере тех систем, которые представляют собой тип культуры. И это различие имеет, прежде всего, субстратный характер. В культуре, как ее понимает Шпенглер, преобладают духовные компоненты, духовные в том смысле, в каком их понимает Шпенглер. В цивилизации они заменяются элементами материальными. Но эти материальные элементы культуры функционируют также, как духовные. Они выполняют одни и те же роли. Так мумия может заменять живое тело – для этого она и делается. Сознание может заменять бессознательное, иррелигиозность заменить религию.

Культура, по Шпенглеру, неизмеримо выше того, что он называет цивилизацией. И с этим можно спорить. Трудно согласиться, что крестьянство, а тем более – тевтонские рыцари, были более культурными, чем горожане, посещающие театр и читающие газеты, даже если последние и увлекались спортом.

42

Речь дошжна идти не о культуре и цивилизации, а о разных типах культуры, в равной стелена необходимых на разных этапах развития общества.

Выводы

Таким образом, строгое соблюдение логических правил в определении – это не только формальное требование логики. Это, прежде всего, строгость в оперировании понятиями, позволяющая учитывать и выделять атрибутивные признаки явления, не впадая в количественное их перечисление. Именно последнее обстоятельство, а не только стремление авторов быть оригинальными и избежать недостатков своих предшественников, является причиной великого множества дефиниций культуры и цивилизации в нашей философской литературе.

Список литературы

1. Жариков В.Ю. К проблеме системного анализа понятия культуры // Системный метод и современная наука. – Новосибирск, 1976. – Вып. 4. – С. 11-16.

2. Каган М.С. О способе представления социалистической культуры как системы // Системный подход в изучении социалистической культуры. – Новосибирск, 1985.-567 с.

3. Найдорф М.И. Введение в теорию культуры. – Одесса, 1996. – 114 с.

4. Поппер К. Открытое общество и его враги. – М., 1992. – Т. 1. – 444 с.

5. Уемов А. И. Основы практической логики с задачами и упражнениями. – Одесса: 1997. –350 с.

6. Уемов А И. Основы формального аппарата параметрической обшей теории систем // Системные исследования. – М.: Наука, 1984. – С. 152-180.

7. Уемов А. И. Общая теория систем для гуманитариев / А. И. Уемов, И.Н. Сараева. А.Ю. Цофнас. – Варшава: Universitas Rediviva, 2001. – 360 с.

8. Философский энциклопедический словарь. – М.: Мысль, 1983. – 839 с.

9. Философская энциклопедия: В 4 тт. – М.: Советская энциклопедия. 1964. – Т. 3. – 584 с.

10. Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. – М.: Мысль, 1993. – 606 с.