Философская школа Авенира Ивановича Уёмова

Systems everywhere!

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

Альбина Овчинникова, Арнольд Цофнас. ТВОРЧЕСКИЙ ДИАЛОГ В НАУКЕ И ИСКУССТВЕ, 2004


Альбина Овчинникова, Арнольд Цофнас

ТВОРЧЕСКИЙ ДИАЛОГ В НАУКЕ И ИСКУССТВЕ

1. Творчество. Понятие «творчество» применимо для характеристики создания любых объектов Культуры, включая предметы науки, искусства, техники, технологии, социальной жизни. Творческую деятельность от рутинной отличают по признаку новизны – в плане замысла (концепта), способа (структуры) реализации замысла, по материалу (субстрату), в котором замысел воплощается, а также по их сочетаниям. Границы новизны заданы требованием социальной значимости творческого продукта. Он, этот продукт, должен соответствовать нормам и идеалам данного типа культуры, либо иметь шанс воплотить новые нормы, которые не противоречат идеалам человеческого бытия в целом.

Из всех областей творческой деятельности по способам реализации в рамках культурного диалога могут быть противопоставлены друг другу только научное и художественное творчество.

2. Научное творчество осуществляется в области создания и преобразования систем знания. Научный диалог (ученого с другим ученым, с научной школой или научным сообществом в целом) от творческого диалога вне науки отличим по ряду критериев.

  • Критерий объективации: предметом разговора ученых является мир, а не они сами и не их отношение (интенции) относительно объекта исследования.
  • Критерий выводимости: диалог не будет научным, если знание не обосновано.
  • Критерий рациональности: диалог возможен при соблюдении принятых научным сообществом правил рассуждения.
  • Критерий эксплицитности: для успешного проведения диалога научное знание должно быть представлено явно, в знаковой форме.
  • Критерий общезначимости: диалог невозможен без одинакового для всех участников смысла и значения научных результатов исследования.
  • Критерий оваленчивания: в диалоге ученых всегда предполагаются способы установления истинности-ложности знания (или, в зависимости от используемой логики, иного числа валентностей).
  • Критерий рефлексивности: научный диалог предполагает наличие не только знания, но и знания о знании, методологический уровень диалога обязателен.

3. Художественное творчество. Диалог художественной интеллигенции не требует с необходимостью выполнения ни одного из данных условий. Это дает основание называть художественное творчество «свободным».

  • Творчество в искусстве предполагает субъективное восприятие предмета, оно всегда создает собственную реальность.
  • «Обоснованием» произведения искусства может служить лишь манифестация продукта, созданного на основе мироощущения. Manifestum non eget probatione представленное не нуждается в доказательстве.
  • Рациональность художника рассматривается скорее как недостаток, чем достоинство его творчества.
  • В диалоге людей искусства приняты ссылки на имплицитное – на то, что выражено «между строк», на возможность нового истолкования известного текста и т.п.
  • От реципиентов художественного произведения не требуется всеобщего согласия в оценках, однозначность смертельна для искусства; при этом, однако, ожидается толерантность к оценкам Другого.
  • Истинность-ложность в диалоге художников устанавливается относительно реальности, заданной художественным произведением. Художник обеспокоен правдивостью (соответствием знаков смыслу, который он хотел в них вложить), а не истинностью (соответствием смысла знаков денотату).
  • Рефлексия в диалогах по поводу художественного творчества носит не методологический, а искусствоведческий характер, цель его – не столько объяснение, сколько дескрипция.

4. Диалог Ученого и Художника. Кажется, что диалог столь различных (противоположных) интеллектуальных миров – невозможен. Однако это не так. Миры Ученого и Художника не только исключают, но и предполагают друг друга. Основанием взаимопонимания может служить следующее.

◘   Ученый знает, что его творческий объективизм ограничен модельным характером знания. Реальность ученого – это реальность им самим смоделированного мира. Но и художник, знает он это или нет, не может распространить свой субъективизм слишком далеко, за пределы своего мировоззрения и мировоззрения тех, кому адресовано его произведение. А мировоззрение в целом носит объективистский характер.

◘   Хотя строгий вывод не является целью художественного творчества («гений – парадоксов друг»), но и необоснованность не является его целью. С другой стороны, и ученый не может избежать демонстративности своих моделей реальности. Проблема наглядности – одна из острейших в современном естествознании. Парадокс также является предметом методологического интереса Ученого (логики квантовой механики, паранепротиворечивая логика и т.д.).

◘   Правила логики и грамматики обязательны даже для писателей в стиле абсурда и постмодерна. Художник, как и Ученый, не может позволить себе алогизмы и ничем не обоснованные синтезы свойств и отношений (красок, звуков, форм и проч.), которые выходили бы за пределы, пусть даже ослабленных, критериев рациональности.

◘   Полная эксплицитность остается только идеалом Ученого, имплицитное обнаруживается в любой научной работе. Но и ничто выраженное Художником между строк не может быть понято без самих «строк», без эксплицитного знакового представления.

◘   Несмотря ни на какое «кокетство» Художника, он всегда ищет, хотя и не общезначимости, но все же релевантного взаимопонимания в своей референтной группе, либо стремится создать новую группу «понимающих» людей. С другой стороны, общезначимость суждений Ученого никогда не безусловна: смысл даже таблицы умножения ограничен миром твердых тел.

◘   Правдивость Художника все же предполагает «истинность» его суждений относительно той реальности, которая задана художественным произведением, а сама эта новая реальность все же строится в соответствии законам действительного мира – как один из возможных миров. Ученый (в силу принципа фаллибилизма) также не может претендовать на то, что его модель действительности – единственно возможный мир, а потому каким-то способом апеллирует к собственной правдивости.

◘   Искусствоведение, несмотря на свой идиографический характер, знает свои номотетические границы, заданные ответами на методологический вопрос «как?», и не обходится без методологии эстетики (в частных случаях – поэтики, овладения законами перспективы и т.п.). Построению же научных концепций и открытию соответствующих законов непременно сопутствует описательное науковедение, без которого Ученый становится «Иваном, не помнящим родства».

5. Комплементарность – основа диалога. Миры Ученого и Художника не только исключают друг друга нестрого, но и не могут быть обоснованы (введены) один без другого. Это связано с дополнительностью (комплементарностью) двух способов системного представления бытия, на которые в целом ориентированы наука и искусство. С точки зрения науки мир – это такой объект, законы которого соответствуют заранее предполагаемому признаку объективности. С точки зрения искусства мир – это такой предмет, свойства которого заданы определенным способом человеческого восприятия (интенциями). Ученый и Художник обречены и на вечное противостояние, и на вечную любовь. Без понимания этой дополнительности миров важнейший внутрикультурный диалог был бы невозможен.