Голосование

Как часто Вы бы хотели принимать участие в работе системного семинара?
 


Сумарокова Л.Н. ЛОГИКО-ФИЛОСОФСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ УЧЕНИЯ О ДОКАЗЫВАНИИ

СУМАРОКОВА Л.Н.

ЛОГИКО-ФИЛОСОФСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ УЧЕНИЯ О ДОКАЗЫВАНИИ 

А: Вводная часть. К постановке проблемы.

Возникновение и стремительное формирование теории аргументации ( в т.ч. неориторики) в последней трети ХХ века сопровождались определенными вызовами, претензиями в адрес логики в части ее малой эффективности и даже полезности для той сферы гуманитарных практик, которые связаны с установлением истины в «живых» рассуждениях, «не умещающихся» в цепочки формул. Здесь нередко следовали ссылки на судебные доказательства, на тот факт, что логика ХХ века, нарушая многовековую традицию, «странным образом» игнорировала данную предметную область, хотя при этом позиционировала себя как теория доказательства.

Ответ логиков сводился, в основном, к тому, что в аргументации есть ядерная, чисто логическая часть (доказательство) и периферийная часть, включающая психологические, речевые, социо-культурные и т.п. компоненты. Это напоминало привычное для первой половины века противостояние психологизма и антипсихологизма в логике. Однако стало уже заметно, что количество аспектов, «осей» такого противостояния увеличилось, что свидетельствует, по-моему, о необходимости более глубокого анализа соотношения теоретической и практической логик.

Проведение демаркаций между логикой и другими дисциплинами при изучении процессов «живой» аргументации, конечно, актуально. Но эта демаркация не обязательно должна сопровождаться абсолютизацией платонистских представлений о мышлении. Видимо, настало время их трансформации в более современные представления, необходимой частью которых является осознание актуальности не только демаркаций, но и единства, наведения мостов не только между «миром идей» и «миром вещей», но и еще – между миром идей и вещей – и миром человеческих действий, поступков, решений, целей, ценностей и т.п.

Внедрение методов математики в логику стало мощным фактором ее развития в ХХ веке. Это бесспорно. Но не может ли стать столь же мощным фактором ее развития в ХХІ веке внедрение форм и методов мышления, накопленных в гуманитарной сфере? Положительный ответ на этот вопрос возможен для меня, прежде всего, благодаря появлению феномена уемовской теории систем, выросшей из его размышлений о связи философии с жизнью человека. Истоки этих размышлений связаны были не только с Аристотелем, но и с Гельвецием. Мир вещей и идей был объединен категориями «вещь» - «свойство» - «отношение» в их уемовском понимании; установление отношения этого мира с миром человеческих целей, ценностей, потребностей стало возможным благодаря трехуровневому представлению объектов в качестве систем; при этом второму компоненту в этом отношении место – в концепте. Взаимодействие систем с двойственными (дополнительными) и вообще разными структурно концептами можно изучать, опираясь на уемовскую идею синтеза систем – заложенную, намеченную, но не развернутую в соответствующую структурную концепцию системного мышления, объединяющую анализ и синтез. Это одна из возможных точек роста логики ЯТО. Это тем более важно, что все существующие варианты теории систем по преимуществу аналитические по методам.

В: Доказывание: его структура на логико-философском уровне изучения

Кратко суть позиции автора может быть представлена следующими тезисами.

  1. Поскольку любое доказывание осуществляется на каком-либо языке, всегда следует уточнять – на каком? Для данного изучения доказывания буду использовать системно-коммуникативную модель языка (см. статью в сб., посв. 80-летию А.И. Уемова).
  2. Доказывание как вид аргументации – это всегда коммуникативный процесс, диалог как взаимодействие и взаимозависимость двух подсистем – адресанта и адресата, а потому, соответственно, включающий информационный базис(ы) и действия с позиций pro и contra. В этом диалоге, кроме того, следует различать и учитывать ряд некоторых важных аспектов. Во-первых, соотношение эксплицитной и имплицитной частей, которое можно представить через процедуры свертывания-развертывания отношений. Во-вторых, соотношение двух видов мыслительной активности человека: первая направлена на создание образа – логической «возможной картины мира», а вторая – на выбор, формирование способов действия в определенной ситуации. Отсюда возникают два вида формализации: создание формы-образа, для которого главная оценочная категория – истина, и создание формы-правила, для которой главная оценочная категория – эффективность. Некоторые ученые уже указывают на то, что есть логические учения, центрированные на образ, и логические учения, центрированные на правило, а связь между ними практически не изучена [См.: Бейкер Г.П., Хакер П.М. Скептицизм, правила и язык. М.: Канон, 2008, с.44-47]. В некоторой степени это затрагивает распределение функций (и «веса») в процессе доказывания между аксиомами и правилами вывода. В-третьих, коммуникативный подход к доказыванию предполагает поиск критериев и процедур выбора из возможных альтернатив. Доказательство – всегда выбор одной из альтернатив. Он может быть оптимальным или нет.
  3. Показать наличие этих и других разных аспектов («осей» противопоставлений) – это полдела. Само по себе признание существования дополнительности или других видов различий при построении систем логики нередко ведет к возникновению новых «логик», существующих как бы независимо друг от друга, что существенно снижает как степень теоретического единства современной логики, так и степень ее практической эффективности. Это в полной мере касается современной теории доказательства в логике.
  4. Методологической основой решения данной проблемы, на мой взгляд, может быть принятие положения, что любой логический язык есть не что иное как «свертка» (результат свертывания) базовых отношений, заложенных в естественном языке во всех его семиотических измерениях – синтаксисе, семантике и прагматике. Подлежащая решению задача может быть интерпретирована как нахождение релевантных «переводов» смыслов и форм а) между разными логическими языками, б) между естественными языками и логическими; все языки логики окажутся свернутыми подсистемами естественного языка, а язык теории систем – метаязыком их исследования.

С: Иллюстративная часть. Судебное доказывание.

Эмпирически так сложилось, что судебное доказывание обладает рядом характеристик: диалогичность, альтернативность, многослойность, гетерогенность; и актуальной становится проблема достижения его системности.

Диалогичность: участие всех заинтересованных сторон в построении судебного доказывания – процессуальная норма.

Альтернативность судебного доказывания состоит в том, что оно всегда предполагает выбор из некоторого возможного множества вариантов: это варианты описания ситуаций, методов доказывания, варианты итогового решения суда, принятие коммуникативных правил распределения бремени доказывания и т.п.

Многослойность судебного доказывания становится очевидной, как только ставится вопрос о критериях предпочтений при выборе альтернатив. Все основания выбора можно условно разделить на три уровня: уровень явно представленной в суде информации (уровень посылок); уровень информации, которая явно не формулируется, но и имплицитно активно используется в доказывании (например, процессуальные нормы, культурные нормы, традиции и запреты и др.) – назовем его уровнем предпосылок; третий уровень практически никогда не эксплицируется, но весьма сильно влияет на функционирование первого и второго уровней: сюда относятся фундаментальные принципы мировоззренческого характера, ключевые семантические концепты права, иерархия ценностей, государственные, личные и корпоративные интересы, установки и т.п. Назовем его «глубинным базисом» доказывания.

Гетерогенность судебного доказывания: в суде практически реализуется связь между дескриптивной информацией и недискриптивной, и между информацией и принятием решения. Здесь участвуют и знание, и мнение, и оценка, и норма, и перформатив и т.д.

Системность судебного доказывания должна состоять в установлении целостности, согласованности, взвешенного единства всех его элементов, уровней и аспектов – эксплицитных и имплицитных; в гармонизации процедуры выбора и обоснования решения суда. Системообразующим свойством (или отношением), как это ни парадоксально, выступает самая скрытая часть доказывания – его «глубинный базис».

Экспликация устойчивых структурных связей между указанными уровнями, аспектами, компонентами доказывания необходима для дальнейшего логического исследования доказывания (теоретически очень сложная задача). Для повышения качества судебного доказывания это еще более важно (и, наверное, более сложно).

Выдвигаемая гипотеза: перечисленные выше характеристики судебного доказывания, вполне возможно, могут считаться универсальными для любого доказывания, а, следовательно, игнорироваться логической теорией не могут. Ключевыми аспектами могут оказаться при этом не только истинность и правильность, но и совместимость, релевантность, связность, целостность, равновесность, эффективность и т.п. как системные характеристики.